Репрессии абазин и черкесов

Анастасия Згрунда

Одна из табличек на кладбище Среднего Имшегала, установленная потомками умерших здесь черкесов и абазин.

Фото: Сергей Алфёров, октябрь 2023 г. Источник группа «Расстреляны в Таре»


Реферат ученицы 11-го класса Атирской средней школы Тарского района Анастасии ЗГРУНДЫ, посвящённый раскулачиванию и высылке крестьян из Черкесской автономной области в Сибирь весной 1933 года, был написан под руководством учителя истории Кайни Жетнисовны БЕКБУЛАТОВОЙ в 2004 году.

Анастасия ЗГРУНДА

РЕПРЕССИИ АБАЗИН И ЧЕРКЕСОВ

В 1933 году многие жители Карачаево-Черкесской автономной области – абазины, черкесы, ногайцы – подверглись политическим репрессиям. Они со своими семьями были сосланы в Сибирь, а точнее сказать, в Омскую область, Васисский (ныне Тарский) район. До Омска спецпереселенцев везли в товарных вагонах. Они на станциях выпрашивали кипяток, крошки хлеба и кормили ими женщин, кормящих детей, так как после объявления высылки им практически не дали взять с собой ничего.

От Омска до Пологрудово более 400 километров по Иртышу везли на баржах. Доехало живыми не более 300 человек (из 800). В Пологрудово переселенцам долгое время пришлось жить на берегу реки в построенных из еловых лап шалашах, пока для них не подыскали постоянного места проживания. На берегу этой сибирской реки многие черкесы и абазины нашли свой вечный покой. Они скончались от дизентерии, многих лишений, выпавших на их долю в пути долгого следования.

От Пологрудово спецпереселенцев на подводах повезли в глубь тайги на постоянное место жительства.


Памятник жертвам политических репрессий в Пологрудово. Надпись: «Абазинам и черкесам – жертвам политических репрессий – от жителей Карачаево-Черкесской республики. Помним, чтим, скорбим»


Возникновение села Средний Имшегал и колхоза «Красный Черкес»

Переселенцев из аулов Эльбурган, Зеюко, Кош-Хабль, Малый Зеленчук, Псаучье-Дахе, Псыж, Кубина, Кара-Паго оставили на берегу безымянной речки, где не было абсолютно никакого жилья. Новый населённый пункт черкесов и абазин назвали Средний Имшегал, а вновь образованный колхоз из переселенцев – «Красный Черкес».

Переселенцы из аулов Бесленей, Вако-Жиле, Старокувинск, Эрсакон и Апсуа расположились в шести километрах от села Средний Имшегал. Лаховское – так назвали это село по фамилии одного переселенца из аула Апсуа Лахова Аслангери Канаматовича.


Урочища Средний Имшегал и Лаховское на карте


Охраняли эти сёла круглые сутки. Кое-как смастерив шалаши, черкесы, абазины, ногайцы в лесу находили съедобные ягоды, травы и плоды, которые помогли в первое время решить проблему с питанием. Позже построили дома и хозяйственные постройки из соснового леса, раскорчевали вручную леса под поля. Многим изнурительный труд был не под силу. Некоторые не выдерживали и умирали. В первые дни погибло более ста человек. Ежедневно хоронили по 5-6 человек. Не осталось ни одной семьи, которая в то тяжёлое время не похоронила бы своих родных в сибирской земле.

Нам точно неизвестно, сколько абазин и черкесов было репрессировано и сослано в Сибирь, но к началу войны их оставалось не так много. Село Лаховское было расформировано, и его жителей распределили по окрестным населённым пунктам. Например, Жанов Асхад Хамидович, 1912 г.р., был переселён в д. Васильевка Имшегальского сельсовета. Для оставшихся в живых возвращение на родину стало возможным только после войны. Последние жители выше названных сёл покинули Сибирь в начале 1950-х годов.

Из письма Аргунова Галима Алиевича мы узнали, что его дед Аргунов Индрис Хаджиметович не был с ними в ссылке. Дед со своим старшим сыном Махмудом были арестованы якобы за антисоветскую пропаганду в 1933 году и в мае того года по решению тройки были расстреляны. Отец Аргунов Али Индрисович, 1903 г.р., в это время находился в заключении, так как его осудили на 8 лет за неуплату налога, а Галима вместе с матерью Таибат Ахмедовной, бабушкой, с 16-летним дядей Билялом Индрисовичем, тётей Аргуновой Гуной Беслановной выслали в Сибирь из аула Зеюко. Мать Аргунова Галима Алиевича умерла, не прожив и месяца после переселения. Галим её не помнит, так как на тот момент ему было 1,5 года. Воспитала его тётя Гуна.

Галим Алиевич оставил покоиться в Сибири не только свою мать, а также племянницу Аргунову Сармадан Махмудовну, бабушку Аргунову Хаджат Хажметовну, мачеху Аргунову Куцу и многих других родственников. Кладбище это находится в настоящее время на месте бывшего поселения в семи-восьми километрах севернее села Имшегал. И нередко можно слышать, как жители этого села называют его словом «Черкес».

Шаповалова Нина Михайловна, 1940 г.р., жительница села Имшегал, вспоминает, что кладбище это не огорожено и, когда прокладывали дорогу, некоторые захоронения были повреждены. А Шаповалов Владимир Максимович добавляет, что на могилках нет крестов (абазины и черкесы – мусульмане).

Галим Алиевич посетил это место, побывал на кладбище, ухаживал за могилами родных и оставил на дереве табличку с надписью: «Здесь похоронены жертвы репрессий 30-х годов. В том числе и моя мать Аргунова Таибат Ахмедовна. Вечная вам память от благодарного сына Галима. Август 1997 г.».

Из переписки с Моловым Рашидом Исуфовичем мы узнали, что он родился в «Красном Черкесе» в 1939 году. По воспоминаниям своей матери, он пишет, что село Средний Имшегал состояло из одной улицы. Вдоль улицы дома стояли в два ряда. Каждый сруб ставился на два хозяина. В центре села располагались магазин, контора и школа. Поодаль находились скотные дворы, амбары и поля. В настоящее время на этом месте сплошной пустырь, на месте домов – трава. В селе проживали семьи переселенцев: Аргуновы, Моловы, Амироковы, Шаховы, Баловы, Трамовы, Лаховы, Гутякуловы, Ксаловы, Думанишевы, Отаровы, Боташевы, Тлянчевы, Кмузовы, Кунижевы, Шебзуховы, Казаноковы, Лиевы, Тлябичевы, Абидовы и др.

Под видом раскулачивания под корень уничтожалась духовная и интеллектуальная элита народов. Достаточно сказать, что среди данных переселенцев было более десятка служителей культа, совершивших паломничество в Мекку, получивших высшее духовное образование (потому что органы советской власти видели в лице церкви своего опасного врага, так как они выступали за сохранение традиций, нравственности и культуры), лучшие сказители, просвещённые люди.

Абазины, черкесы и местное население. Характер их взаимоотношений

Жители Кавказа были не приспособлены к суровому климату Сибири, и им приходилось терпеть много лишений и страданий. Они не умели заготавливать лесные ресурсы про запас. Картофель, выращенный на скудной земле, заканчивался среди зимы, и им волей-неволей приходилось отправляться в ближайшие деревни просить милостыню или обменивать последнюю утварь на продукты. Доходили даже до Ермаковки.

Почти вся их жизнь была неразрывно связана с соседней деревней Имшегал, жители которой спасали переселенцев от голодной смерти в те 30-е годы и в годы Великой Отечественной войны. Они в буквальном смысле делились с ними последним куском хлеба.

В первое время местное население относилось к черкесам и абазинам как к врагам. Все были уверены, что это ярые враги советской власти, повесили ярлык головорезов, лишенцев, кулаков и подкулачников. Старожилы также настороженно относились на первых порах. А затем, увидев вполне мирных, работящих, открытых и честных людей, стали оказывать им помощь. Многие жители Среднего Имшегала без преувеличения говорят, что благодаря помощи жителей соседних деревень: Кияка, Васисса, Имшегала, Атирки и Пологрудово, черкесы и абазины выжили в условиях Сибири.

У переселенцев не было никаких инструментов, навыков в обработке древесины, поведения в новых условиях. Всему этому научили сибиряки: ставить силки, собирать и хранить ягоды, готовить запасы на зиму и т.д. Они считают, что даже стали как-то походить на сибиряков добротой, открытостью, умением выходить из любых критических ситуаций. Когда обжили места, переселенцы стали заводить знакомства в округе, ходить в гости, помогать в хозяйстве. Черкесы и абазины всегда отличались верностью дружбе, данному слову. И не случайно, что до сих пор многие черкесы поддерживают связь с сибиряками.

Село Средний Имшегал в годы Великой Отечественной войны

Шёл 1943 год. Все мужчины призывного возраста из села Средний Имшегал Васисского сельского совета были призваны в Красную армию. В селе остались только женщины да несколько престарелых мужчин, на плечи которых легли тяготы колхозной и домашней работы.

Например, Аргунова Гуна была чабаном, а её сын Яхья пас летом телят. Гуна летом пасла овец, а зимой ухаживала за ними на скотном дворе. Фермой заведовал Назир Аргунов, который после ранения вернулся с фронта.

И вот в один из осенних дней по селу прошёл слух, что на стадо колхозных овец напали волки. Нужно сказать, что это был второй случай появления волков в этих краях. Старожилы говорили, что волки уходили через наши края от войны.

В тот день Гуна пасла овец на одной из полян, в 3 километрах от села. Выпал первый снег. Она сидела около скирды и грелась у костра, а овцы паслись вокруг, когда на них напали волки. Гуна пригнала в село часть овец, отбившихся от стада, сообщила о нападении волков, а сама убежала обратно. На помощь с единственным имевшимся в селе ружьём 16-го калибра поскакал заведующий фермой Назир Аргунов. Многие овцы были ранены, и их пришлось на месте прирезать. К вечеру подъехали подводы и забрали туши. Всех жителей села больше всего интересовал вопрос, что будут делать с бараниной? Отвезут ли в заготконтору в счёт госпоставки или раздадут колхозникам в счёт оплаты на трудодни, хотя надежды на последнее было мало. И каково же было ликование людей, особенно ребятишек, когда председатель колхоза «Красный Черкес» т. Жуков (он был прислан из села Левый Берег), возвратившись из районного центра Васисс, объявил в тот вечер, что в честь больших успехов Красной Армии и в честь освобождения города Киева, разрешено провести торжественный праздник в честь 26-й годовщины Великого Октября. Это было 6 ноября 1943 года. С тех пор в селе Средний Имшегал регулярно устраивали праздники в честь 7 Ноября и 1 Мая.

Когда шла война, двенадцати-тринадцатилетние подростки вынуждены были оставить учёбу в школе и идти работать в колхоз. Работали за взрослых и выполняли всякую работу: пропалывали яровые культуры, убирали вручную лён и горох, заправляли трактора. Аргунову Галиму пришлось в это время работать почтальоном, и начисляли ему за эту работу по 1,25 трудодня ежедневно. Ходить за почтой нужно было в районный центр Васисс, расположенный на расстоянии 18 километров от колхоза «Красный Черкес». Шесть километров пути проходили через лес по грунтовой дороге, а далее, возле села Лаховское, она соединялась с большаком, идущим со стороны Атирки на Васисс. Здесь было оживлённое движение. Чаще всего юному почтальону удавалось «отловить» легковой автомобиль «эмку» голубого цвета.

Школа в селе Средний Имшегал была построена в 1941 году, а до этого ребят обучали в селе Таловка, что в 10 километрах севернее села. Школа была начальной, учащихся с 1-го по 4-й класс сажали в один класс. Учительница обучала и спрашивала по очереди. Первой учительницей была Зайцева Анна Прокопьевна, 1921 г.р., которая впоследствии проживала в городе Омске.

В конце 40-х годов школа оставалась малокомплектной, обучалось от 7 до 9 детей. Квартира учителя, школа и библиотека располагались в одном домике. Черкесы и абазины вспоминают, что учителя были от бога. Ученики старались, много читали и работали по усиленной программе. Когда дети вместе с родителями вернулись в Карачаево-Черкесию, они справлялись с программой 5-6-х классов, будучи третьеклассниками.

Семья Аргунова Галима возвратилась на родину в 1947 году. А другие оставшиеся жители колхоза «Красный Черкес» возвратились в 1950 году.

Опубликовано в книге Л. Абидоковой (Шевхужевой) «Забвению не подлежит». Пятигорск, 2023. С. 61–68

0 109 0.0

0 Комментариев

Добавить комментарий